Доступность ссылки

Олег Панфилов: Россия и «Талибан» – идеологические друзья?


Сергей Лавров и Мохаммад Аббас Станикзай во время заседания Московского формата консультаций по Афганистану. Москва, ноябрь 2018 года
Сергей Лавров и Мохаммад Аббас Станикзай во время заседания Московского формата консультаций по Афганистану. Москва, ноябрь 2018 года

Специально для Крым.Реалии

Который день социальные сети обсуждают выложенные сотрудником посольства России в Кабуле фотографии, где он изображен рядом с «талибами», грудь которых украшена «георгиевскими ленточками». Пресс-атташе посольства Никита Ищенко объяснил, что это бывшие «талибы» и теперь они не являются представителями запрещенной в России террористической организации.

Но так ли все просто? Или не последний сотрудник в посольстве специально решил прихвастнуть, чтобы показать серьезные намерения в отношении движения «Талибан», которое еще недавно вызывало раздражение в Кремле и в 2003 году было названо Верховным судом России «террористической организацией». Позже ООН также внесла в свой санкционный список лидеров движения. В апреле этого года, в результате усилий России, из санкционных списков ООН временно были исключены 11 представителей «Талибана», чтобы, как заявил специальный представитель президента России по Афганистану Замир Кабулов, «упростить переговорный процесс по афганскому урегулированию».

По словам официального представителя «Талибана» Забиуллаха Муджахида, которые приводят афганские СМИ, в числе выведенных из списков террористов ООН – заместитель лидера «Талибана» и глава политического офиса группировки в Катаре Мулла Гани Барадар. Это не первая поблажка Кремля в отношении «террористов», хотя еще недавно «талибы» заявили о начале в Афганистане ежегодного весеннего наступления, о проведении операции «Победа» в связи с тем, что «обязательства по джихаду еще не выполнены».

Кремль по-прежнему считает себя чуть ли не главной фигурой в афганской проблеме

Конечно, в урегулировании ситуации в Афганистане заинтересованы все – ООН, США, соседние государства, но Кремль по-прежнему считает себя чуть ли не главной фигурой в афганской проблеме.

Движение «Талибан» появилось в 1994 году как новая сила после очередного кризиса внутри Афганистана, связанного с конфликтом между моджахедами и лидерами партий и движений, воевавших с советской армией в 1979-1989 годах. В 1992 году, согласно Пешаварскому соглашению, один из лидеров движения моджахедов, этнический таджик, лидер партии «Хезб-е джамиат-е ислами» Бурханнудин Раббани занял пост временного президента Исламского государства Афганистан. Однако через два года, когда пост президента должен был перейти к другим лидерам моджахедов, он заручился решением Верховного суда и продлил свои полномочия. Только 22 декабря 2001 года Раббани официально подал в отставку с поста президента Афганистана, продлив противостояние еще на несколько лет.

Реальной властью Раббани не обладал – Афганистан был поделен на части, подчиняющиеся другим лидерам моджахедов. Раббани поддерживали северные провинции страны и часть Кабула, главным его соперником в начале 1990-х годов был Гульбеддина Хекматиара –​лидер «Исламской партии», который метил на место президента. На фоне этой внутриафганской борьбы движение «Талибан» выглядело как спаситель – за год с небольшим оно быстро заняло более 90 процентов территории Афганистана, почти без боев, прибегая к военной силе, только когда пытались сопротивляться. Изначально «Талибан» позиционировал себя как объединитель нации, несмотря на то, что Афганистан представляет из себя многонациональное государство, где 40 процентов составляют этнические пуштуны, чуть меньше – этнические таджики, а также хазарейцы, узбеки, туркмены, аймаки, белуджи. Связующей идеологией был и остается ислам, который не делит людей по расам и национальностям.

В отличие от моджахедских партий, которые создавались по региональному и этническому признакам, движение «Талибан» – многонациональное, хотя в нем есть и преобладающее число пуштунов, представлены также таджики, узбеки, хазарейцы, а также пенджабцы из Пакистана. Формально движение сформировано в 1994 году из молодых студентов медресе – выходцев из Афганистана, учившихся в Пакистане. Отсюда и название – «талиб» (по-арабски: «студент», «учащийся»). С 2016 года лидером «Талибана» является Мавлави Хибатуллах Ахунзада, чья штаб-квартира расположена в пакистанском городе Кветта. Поначалу, первые два-три года, движение действовало как ополчение, пока в 1996 году не было сформировано правительство Исламских эмиратов Афганистана, контролировавшее большую часть страны со столицей в Кандагаре.

Движение «Талибан» во многом обязано своим появлением Советскому Союзу – конечно, не помощью в создании, а как реакция на последствия советской оккупации Афганистана. Полтора миллиона убитых афганцев за девять с лишним лет войны, около пяти миллионов беженцев, большая часть которых нашла пристанище в соседних Пакистане и Иране. Как они выживали, как жили и чем зарабатывали на жизнь, Кремль уже не волновало. Впрочем, и сейчас у Москвы есть свои интересы, часть из них не скрывается – безопасность своих сателлитов, Таджикистана и Узбекистана. Другие причины связаны с попыткой возвратиться в Афганистан хоть каким-нибудь образом, чтобы противостоять США.

Москва хочет возвратиться в Афганистан хоть каким-нибудь образом, чтобы противостоять США

Присутствие США и стран-союзников НАТО в Афганистане – головная боль Кремля. Трудно сказать, к каким событиям до 2001 года причастна Россия, но размещение Международных сил содействия безопасности (ISAF) опечалило Москву. ISAF поддержал не только Северный альянс, вновь сформированное правительство Афганистана, но и успокоил активность «Талибана». В первый же год операции авиация США вывела из строя ПВО «Талибана» и авиацию движения, которая имела преимущество над силами Северного альянса. К концу 2001 года под контролем «талибов» оставалась только провинция Кандагар на юге страны. Даже тогдашний министр иностранных дел России Игорь Иванов был вынужден признать: «Разве та задача, которая выполняется сегодня совместно в Афганистане, не отвечает нашим интересам?»

Со временем позиция Кремля стала меняться. В 2008 году «Талибан» опять активизировался, и НАТО обратилось к властям России с просьбой предоставить возможность перебрасывать необходимые грузы для поддержания ISAF через территорию России. 21 марта 2012 года заместитель премьер-министра России Дмитрий Рогозин заявил, что центр в Ульяновске будет использоваться для авиационных перевозок самолетами НАТО определенных грузов в Ирак и Афганистан: палаток, продовольствия, медикаментов. При этом вооружение и боеприпасы через Ульяновск перевозиться не будут.

В 2015 году Дмитрий Медведев подписал постановление правительства России № 468, отменяющее разрешение на транзит вооружений и прочих военных грузов НАТО в Афганистан через российскую территорию. За время существования «базы» в Ульяновске НАТО переправило в Афганистан в тестовом режиме всего лишь один ISO-контейнер. На этом сотрудничество Кремля с НАТО по ситуации в Афганистане было завершено. В 2014 году между Афганистаном и США было подписано двустороннее соглашение, согласно которому часть группировки НАТО останется в стране даже после окончания боевой операции «Несокрушимая Свобода», чтобы оказать афганской полиции помощь в борьбе с антиправительственными группировками. Это еще больше раззадорило Кремль, который терял возможность хоть как-то контролировать ситуацию.

Скандал разгорелся в апреле 2017 года, когда командующий американскими силами в Афганистане генерал Джон Николсон заявил, что Россия осуществляет поставки оружия и финансовую поддержку «талибов». Само собой, Кремль отверг такое предположение, но не стал скрывать, что поддерживает контакт с лидерами движения, «чтобы подтолкнуть их к проведению мирных переговоров». Более того, еще в сентябре 2015 года спецпредставитель президента России по Афганистану, директор Второго департамента Азии МИД России Замир Кабулов заявил агентству «Интерфакс», что «Москва прорабатывает вопрос об оказании военной помощи Афганистану», имея в виду официальное правительство.

Речь шла о поставках в Афганистан российских вертолетов. Сейчас ВВС Афганистана имеют 47 российских вертолетов Ми-17, однако только 22 из них находятся в эксплуатации. В ноябре 2017 года Афганистан отказался от российских поставок в пользу западных вертолетов, чем сильно огорчил Кремль и российский ВПК, мечтавший о заработке. Москва злобно ответила – назвала абсолютно контрпродуктивным решение Вашингтона и НАТО полностью заменить в Афганистане российское вооружение и технику западными образцами. Словацкая компания LOTN провела базовый ремонт афганских вертолетов, на что холдинг «Вертолеты России» – в лице разработчика АО «МВЗ им. М.Л. Миля» и производителя ПАО «КВЗ» – уведомил о нелегитимности проведенных работ. Так и сказали: нелегитимный ремонт.

«Исламским фактором» уже никого не напугаешь – достаточно посмотреть на Чечню, давно уже живущую по собственным законам

Москва не успокаивается: в феврале этого года в российской столице побывала делегация «Талибан», а сам приезд в Кремле назвали «конференцией афганских политиков по урегулированию». Встреча проходила в московском «Президент-отеле», делегацию «Талибана» возглавил Мохаммад Аббас Станикзай. Чтобы обмануть Вашингтон, конференцию решено было назвать инициативой афганской диаспоры в России, состоящей в основном из бывшей коммунистической номенклатуры времен советской оккупации. Кремль и МИД России всячески отнекивались, не стараясь даже объяснить, каким образом запрещенная в России «террористическая организация» в частном порядке легально приехала в Москву. Кабул представляли неофициальные лица: экс-президент Хамид Карзай, бывший вице-президент Мохаммад Юнус Кануни, второй заместитель главы правительства Хаджи Мохаммад Мохакик, бывший заместитель главы МИДа Хекмат Халиль Карзай.

Чем закончатся игры Москвы с ею же запрещенной организацией, непонятно. Вынудить США и НАТО покинуть Афганистан у Кремля нет никаких шансов. Открыто поддержать «Талибан» Россия побоится, даже несмотря на поблажки со стороны ООН. Пока ситуацией воспользовалось ведомство Сергея Шойгу, заявившего, что Министерство обороны России будет укреплять российскую базу в Таджикистане. Об этом же заявляют и российские пограничники, давно мечтающие вернуться на таджикско-афганскую границу. «Исламским фактором» уже никого не напугаешь – достаточно посмотреть на Чечню, давно уже живущую по собственным законам, наплевав на российские. Российская дипломатия – сложное хитросплетение интриг и авантюризма, там еще теплится надежда на восстановление хоть какого-нибудь величия.

Олег Панфилов, грузинский публицист

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




Recommended

XS
SM
MD
LG